«Молились после закрытия участков»: как мы считали голоса на выборах

Aвтoр фoтo — Эдуaрд Чeрнoв.

Кoличeствo избирaтeлeй нa учaсткe зaмeтнo снизилoсь пoслe 18.00. К этoму врeмeни ужe притупилaсь и бeз тoгo слaбaя бдитeльнoсть нaблюдaтeлeй, oткрoвeннo зeвaли тe, кто непосредственно встречал избирателей и выдавал бюллетени, нервно поглядывал на часы, будто торопил время председатель УИК.

Если народ днем был настроен празднично, то с наступлением темноты на участок заглядывали люди с хмурыми лицами.

— Я не пойму, по телевизору обещали, что тест можно будет пройти на наличие заболеваний. Почему у вас его нет? – не скрывала раздражения женщина в возрасте.

— Обещали свежие пирожки, икру дешевую. И снова обманули? — ворчал мужчина в пышной меховой шапке.

— Моему ребенку даже значок не достался, что, так быстро закончились подарки? – недоумевала молодая мама.

Члены УИК уже даже не улыбались. Не реагировали на замечания. Молча искали нужную строку в списке избирателей и протягивали избирателям бюллетень для голосования.

Стрелка на часах предательски замерла. Время тянулось бесконечно долго.

19.56. Возле урны последний избиратель. Девушка успела заскочить за несколько минут до закрытия участков.

20.00 Сотрудник полиции объявил: «Голосование закончено». Участок закрывает на замок.

КОИБы автоматически перевелись в режим «Стоп». Выдали общую цифру — сколько человек проголосовали на нашем участке. Позже к этой цифре прибавят еще 47 «надомников» — тех, кто исполнил гражданский долг, не покидая квартиры.

— Переходим к погашению невостребованных чистых бюллетеней, — объявляет председатель УИК.

За столом собираются четыре человека – все члены избирательной комиссии. Неиспользованные бюллетени считаются и гасятся – у каждой бумажки отрезают уголки.

Всем хочется поскорее завершить работу. Одна женщина в спешке, пока отрезала уголок, не заметила, как порезала палец: «Ничего страшного. Главное, быстрее с этим закончить».

Бюллетени погашены, сложены в бумажный мешок, обмотаны скотчем.

— У нас один остался испорченный бюллетень, что с ним делать? – вспомнил кто-то из присутствующих. – Помните, девушка случайно галочку поставила не своему кандидату. Потом попросила новый выдать бюллетень. Мы не звери, выдали.

Далее начали считать надомников. По бюллетеням выходило – 47 человек. По «домовым» книгам – 33. Куда-то исчезли еще 14.

Я к тому моменту уже готова была махнула рукой на эти несчастные голоса, которые по сути ничего не решали.

Однако все наши переговоры велись под камерой. Рисковать местом члены УИК не хотели.

— Придется искать, куда делись 14 человек, — вздохнул председатель комиссии. – Открываем книги с адресами и пересчитываем людей. Ищем, кого забыли внести в списки.

— Двух сразу нужно вычеркнуть, они отказались на дому голосовать, — объяснила одна из дам. – Одну избирательницу забрали в больницу. Другой без сознания лежит дома. Сказали. мужчина в кому впал, не до выборов ему.

Осталось найти 12 человек.

20.50. Пока одни выискивали в книгах со списками избирателей пропавших, другие откровенно зевали, играли в телефон, тупо смотрели в стену, считали минуты.

— Я уже плохо соображаю, откуда взялись эти 12 человек. Почему мы их не можем найти? – чертыхалась женщина, которая вынуждена была в десятый раз пересматривать страницы книги.

— Без паники. Мы никуда не торопимся. Продолжаем искать. Может, кого забыли вписать или выписать из книги, — председатель демонстрировал невозмутимость.

Члены УИК продолжали водит пальцем по спискам избирателей. Что-то записывали в блокнотик.

21.15. В итоге все надомники нашлись. Но дальше снова ошибка. Итоговые результаты подсчета вручную не сходились с данными КОИБа.

Женщины снова начали судорожно что-то пересчитывать.

— Похоже, это я накосячила. Выдала 258 проголосовавших вместо 270. Один лист пропустила, — призналась одна из членов УИК. – Просто я устала под конец. Да еще меня эти наблюдатели своими громкими голосами отвлекали. Простите меня.

21.40. Считают дальше.

Все дальнейшие подсчеты мне стали совсем не понятны. Так что присутствие наблюдателей на завершающем этапе выборов – не всегда оправданно. Вряд ли кто-то из нас в таком состоянии способен отреагировать на нарушение.

– Все равно один голос лишний. Откуда он взялся? – обсуждали вокруг.

— 1820 бюллетеней мы получили под отчет, а у нас выходит 1821. Давайте напишем это один бюллетень как неучтенный, не будем из-за одного до утра сидеть, — предложил председатель.

Возражений, естественно, не последовало.

21.50. Открыли урны для надомного голосования. Бюллетени «надомников» отправили в КОИБ.

— А теперь предлагаю помолиться, чтобы КОИБы не вышли из строя, а мы не зависли здесь на всю ночь. Ведь тогда придется пересчитывать вручную, — на полном серьезе предложил один из наблюдателей.

КОИб услышал наши молитвы и выдал итоговой протокол голосования.

На нашем участке, Путин получил 865 голосов, на втором месте – Грудинин (155), за ним Собчак (70). Жириновский – 48. Явлинский – 43, Титов – 16, Сурайкин – 6.

Позже я общалась с другими наблюдателями. Все как один соглашались: «Работа на выборах выжимает из человека все соки. Легче вагон разгрузить, чем наблюдать за голосованием».

Смотрите фоторепортаж по теме:

Россияне показали фото испорченных бюллетеней: за Шнура, за Норриса

13 фото